Авторы

Будущие студенты. Архивное фото.
© BaltNews.lv

Обрусение Болдераи, демографическая яма бьёт по вузам, каким будет язык экзаменов? Обзор СМИ

На минувшей неделе латышские СМИ писали о планах Министерства образования и науки по переводу русских школ на исключительно латышский язык обучения, о возможном закрытии латышской школы в рижском микрорайоне Болдерая, о нехватке поступающих в вузы абитуриентов и, конечно же, о трагедии с маленьким Ваней в Лиепае.

Заплесневелый. Но не неучтожимый ли?

Элита Вейдемане на портале газеты Neatkarīgā Rīta Avīze — nra.lv пишет: «Я позаимствую один меткий термин у латгальского древореза и педагога Антона Ранцанса. И этот термин — «обрусенивание» («krievināšana»). Ничем иным как обрусениванием не могу назвать жемчужное ожерелье нашей системы образования, в котором сияют не только примеры абсурда образования, но и ликвидация школ — нередко без обоснованных причин. Чтобы ликвидировать какую-нибудь школу, совершенно не нужна серьёзная аргументация, иногда требуется только революционная уверенность в том, что латышская школа в очень русском районе не нужна, поэтому от неё надо избавиться как можно скорее как от нежелательного камня преткновения».

Цель этой статьи ясна — защитить от ликвидации 19-ю рижскую среднюю школу с латышским языком обучения, находящуюся в населённом в основном русскоязычными жителями рижском микрорайоне Болдерая.

В этом году 12-й класс данной школы окончили только 12 учеников.

«Между тем, родители борются за сохранение латышской средней школы, пишут письма руководству Рижской думы, думским фракциям, а также руководительнице Комитета по образованию, культуре и спорту Рижской думы Эйжении Алдермане (депутат от блока «Согласие»/«Честь служить Риге»), которая, между прочим, в своё время была учительницей латышского языка и литературы», — указывает Вейдемане.

«Демографическое положение Латвии, конечно, трагическое, и из страны по-прежнему уезжают сотни людей, забирая с собой детей. За последние 10 лет было закрыто 200 разного вида школ, стремительнее всего сокращалось число основных школ: от 474 основных школ к 2015/2016 учебному году осталось только 319, и нынешний год не станет исключением в смысле реорганизации и ликвидации: вновь закрываются школы. Каждая закрываемая школа — это как последний островок надежды и культуры в каждом конкретном месте, и, если школы больше нет, прекращается также культурная жизнь, остаются только полицейские участки», — пишет автор.

«К сожалению, мы со многим опоздали: было время, когда без российских окриков мы могли снести позорный «памятник победы» в Пардаугаве — точно так же, как памятник Ленину на улице Бривибас. И тогда же было время, когда мы могли перевести обучение только на государственный язык. Тогда такой проблемы, как со средней школой в Болдерае не было бы. Давно уже надо было создать систему, что государство (или самоуправления) оплачивают только те школы, обучение в которых происходит на государстенном языке. Если кому-то хочется учиться на русском или на любом другом языке — пожалуйста, создавайте частные школы! Однако, как снесению памятников оккупации, так и преобразованию школьной системы не хватает не только политической воли — не было также и человеческой смелости. Но сегрегационная система образования — это точно такой же памятник оккупации, как и задвинский монстр: кажется, несносимый, хотя и заплесневелый, — пишет Вейдемане. — Не знаю, что должно произойти, чтобы люди, наконец, пришли в себя. Чтобы поняли, что в Латвии, благодаря нашему малодушию, происходит государственное обрусенивание. Между тем, некий интернет-мыслитель сказал: «Вы орёте, что русские вас оккупируют и закрывают школы, а сами эмигрируете в Англию. Думаете, что Латвия останется пустой? Нет, ваше место займут или останутся здесь русские, или бегущие от войны украинцы, или мусульмане. Так вы эту свою Латвию утратите, если не будете здесь жить и не будете бороться за своё место под солнцем. Это так просто, или нет?».

Всё большее число выпускников школ нацменьшинств сдаёт централизованные экзамены на латышском языке

Всё большее число семей национальных меньшинств отправляет своих детей в латышские школы, и всё больше увеличивается число выпускников средних школ, предпочитающих сдавать централизованные экзамены на латышском языке. Поэтому нет оснований откладывать введение запрета на возможность выбора языка сдачи экзамена — русский или латышский, указал в интервью Латвийскому радио член группы исследователей «Карта школ» Янис Турлайс.

По его словам, уже сейчас многие семьи нацменьшинств, озабоченные качеством образования, предпочитают отдавать своих отпрысков в те школы, которые показывают более высокие результаты обучения и в которых их дети демонстрируют столь же хорошие результаты, как и латышские.

Турлайс указал, что каждую школу следует оценивать в отдельности, но самый большой ажиотаж после того, как Министерство образования и науки предложило уже в следующем учебном году лишить учеников, оканчивающих 12-й класс, права выбора языка, на котором сдавать экзамены, поднялся в Риге.

Исследователю непонятна позиция Рижской думы, стремящейся к сохранению полупустых школ. По его словам, из 77 рижских школ только в 34 обучение ведётся на латышском языке, а большинство составляют школы нацменьшинств, в которых зачастую не хватает учеников, потому что родители предпочитают отдавать своих детей в лучшие — латышские школы, которые из-за этого переполнены.

Турлайс указал на корреляцию между недостаточным числом учеников в средних школах и результатами обследования — число полупустых школ сокращается.

Руководитель Государственного центра содержания образования Гунтар Цатлакс сообщил, что цель готовящегося запрета на возможность выбора языка при сдаче школьных экзаменов — добиться одинакового владения государственным языком всеми выпускниками средних школ. В свою очередь перевод выпускников девятых классов на исключительно латышский язык при сдаче экзаменов будет проходить постепенно, добавил он.

Директор пользующейся авторитетом среди русских рижан 40-й школы Елена Ведищева указала, что в рамках учебных программ школ нацменьшинств сейчас примерно 40% предметов можно осваивать на родном языке, поэтому ей непонятно, почему старшеклассников лишают возможности выбора языка при сдаче централизованных экзаменов.

Она добавила, что самые большие опасения в связи с планирующимся запретом вызывают способности девятиклассников, потому что некоторые стандарты обучения в русских и латышских школах отличаются и приблизительно 3% девятиклассников владеют латышским языком на очень низком уровне.

В смысле числа новых студентов это — самый тяжёлый год

Это признала в интервью Латвийскому радио проректор по учебной части Рижского университета им. П.Страдиня Татьяна Коке, добавив, что в следующем году должно быть уже легче.

«Этот год — реальная демографическая яма (…) Это, по-моему, самый тяжёлый год», — указала она.

Однако, указывают авторы передачи «Доброе утро», латвийские университеты должны были быть готовы к таким изменениям ещё 11 лет назад, когда уже было ясно, что такая демографическая яма будет. Это, в свою очередь, означает, что сейчас надо быть очень осторожными с подготовкой новых учебных программ.

В этом году документы на поступление в латвийские вузы подали приблизительно 12 000 абитуриентов, что на несколько тысяч меньше, чем было годом ранее.

Коке пояснила, что небольшое число выпускников средних школ заставляет тщательнее работать с каждым потенциальным студентом. Больше нельзя говорить — «этот нам подходит, а этот не подходит», признала она.

Но в следующем году ситуация может исправиться и число выпускников средних школ может увеличиться на 1000 человек.

Не проходите мимо!

Роман Мельник в газете Diena пишет: «События минувших дней в связи с длившимися несколько дней отчаянными поисками пропавшего в Лиепае мальчика, которые финишировали печальным фактом — тем, что найден он был слишком поздно, кажется, никого не оставили равнодушным».

Всех, в первую очередь, возмущает то, что водителя лиепайского автобуса даже не удивило, что Ваня, ехавший одиноко, сошёл на чужой остановке; водитель даже не поинтересовался, куда едет такой маленький ребёнок. Теперь ищут виновных, ответственных…

«Мы вновь видим уже столько раз пережитую ситуацию, когда виновными, плохими, неправильными подчеркнуты все другие, но только не сами заслуживающее осуждения», — пишет автор.

«Можем ли мы сами, положив руку на сердце, с полной уверенностью утверждать, что никогда не пройдём мимо оказвшегося в несчастье», — задается он вопросом.

Мельник добавляет: «Поиски Ивана можно считать своего рода уникальным уроком координации действий государственных, самоуправленческих и неправительственных структур в кризисных ситуациях».

Ребёнок без присмотра

Элита Вейдемане на портале газеты Neatkarīgā Rīta avīze — nra.lv пишет: «Пойди в лес и останься там на ночь. Один. И на тебе только та одежда, которую ты утром на себя набросил: рубашка и тонкая куртка. У тебя нет мобильника, нет в кармане даже баранок (…) В какой-то момент тебе кажется, что это дурной сон, но темень вдавливается в тебя как нож в масло».

Такую картину окружающего с точки зрения заблудившегося в лесу малыша нарисовала автор.

«Можно только отдалённо представить себе, что ощущал маленький, пятилетний человечек Иван, когда выйдя из автобуса и войдя в лес, он не понимал, куда идти и что делать. Шофёр автобуса с конечной станции «Дубени» поехал назад в Лиепаю, и ему в голову не пришло спросить у маленького мальчика — что тот здесь делает в одиночестве. Осудить шофёра? А есть ли в этом смысл? Не знаю, сожалеет ли этот человек о своём равнодушии, и найдутся ли у него защитники в социальных сетях: «Это — не задача шофёра — следить за детьми! Его задача — доставить пассажиров из пункта А в пункт Б».

 

Вадим Авва. Ни слова о любвиРусские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ

Загрузка...