Авторы

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Динара Алиева.
© Monta Tīģere

«Эрнани», или Триумф и трагедия Латвийской Национальной оперы

14 января на сцене Латвийской Национальной оперы (ЛНО) состоялось концертное исполнение оперы Джузеппе Верди «Эрнани» с участием отечественных и зарубежных артистов под управлением израильского дирижёра Даниэля Орена. Триумф был полный, но счастье от увиденного и услышанного омрачают грустные размышления, которыми не могу не поделиться.

В этом сезоне на сцене ЛНО произошло два события, которые если и не перевернули мои представления о классической музыке, то уж конечно серьёзнейшим образом изменили их. Я говорю о выступлении симфонического оркестра musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса 23 октября 2017 года и концертное исполнение «Эрнани» под управлением Даниэля Орена 14 января 2018-го. Из них только второе имело непосредственное отношение к ЛНО, но в обоих случаях ответственность за происходившее на сцене (и в оркестровой яме) следует возложить на дирижёров — Курентзиса и Орена соответственно.

Помнится, не все были довольны выступлением Теодора Курентзиса и его оркестра. Кому-то из моих коллег не давали покоя ботинки дирижёра и особенно красные шнурки. Кому-то из его коллег показалось, что так не бывает и не должно быть, что оркестр не может звучать так каждый вечер, потому что оркестранты не могут так играть каждый вечер. «Это насилие над человеческой природой», — говорили некоторые. А ещё говорили, что Курентзис собрал лучших из лучших выпускников Питерской и Московской консерваторий, платит им большие деньги, и те готовы таскаться за ним в Пермь и по всему свету, исполняя любые его капризы.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.

Возможно, Курентзис встал на путь музыкального преступления. Так сказать, покатился по моцартовской дорожке. Но я после Теодора уже не могу слушать классическую музыку, как слушал её прежде. Я тот же, а уровень восприятия и критерии оценки уже иные. Я и раньше знал, что один и тот же оркестр, скажем оркестр ЛНО, с одним дирижёром играет не так, как с другим. Но я не представлял себе, какой огромной может быть эта разница. Концертное исполнение «Эрнани» под управлением Даниэля Орена как никогда наглядно показало, что проблемы нашей оперы коренятся не только и не столько в качестве вокала и режиссуры, сколько в отношении к делу дирижёрского состава.

Это не значит, что обычно оркестр ЛНО плохо играет. Скажем так, без Орена наш оперный оркестр играет обыкновенно хорошо, а с Ореном — необыкновенно хорошо. Можно было подумать, что Орен тайком провёл в оркестровую яму каких-то своих музыкантов. Во всяком случае, оркестр звучал совершенно иначе. Он преобразился до неузнаваемости.

Эти отличия проявились уже в увертюре, когда после совместного вступления духовых и струнных, так взволнованно заиграли струнные. Это различимо даже в записи. И на протяжении всего представления оркестр проявлял чудеса музыкальной собранности, сдержанности и именно поэтому — выразительности. Это был какой-то сгусток энергии, с точно рассчитанной плотностью и выверенной амплитудой динамики звука и темпов.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Даниэль Орен.
© Irbe Treile
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Даниэль Орен.

Орен держал музыкантов в своих руках, в полной своей власти. Не случайно на афише он запечатлён взмахивающим дирижёрской палочкой и прикладывающим палец к губам — дескать, тише, тише! Так он и дирижировал: то прикладывая палец к губам, то приставляя руку к уху. А получалось вовсе и не тихо, а полнокровно, невероятно доходчиво для слушателей и легко, подъёмно для певцов. Вот что значит выразительное прочтение.

С моего места не было видно дирижёра. Чтобы увидеть его приходилось наклоняться далеко вперёд и едва ли не свешиваться вниз. Слава Богу! Иначе большую часть представления я смотрел бы именно на Орена, настолько он был точен, ясен и ярок в каждом своём движении. Каждое мгновение музыки, каждую фразу он передавал исполнителям в яме и на сцене всем своим существом. Разумеется, и своей дирижёрской палочкой, но языком тела, кажется, гораздо более. Да так и всегда бывает у великих дирижёров, у того же Курентзиса, например.

Можно подумать, что по старой латышско-русской привычке, это наши так перед иностранцем расстарались. Ан нет. Просто Орен глубоко, всем сердцем, чувствует музыку Верди и прекрасно в ней разбирается. Это уже по тому было видно, что и как он говорил на пресс-конференции накануне представления. Кстати, это тот редкий случай, когда оправдалось всё и всеми сказанное. И сколь бы преувеличенными не казались комплименты, высказанные априори, а их прозвучало немало, они кажутся весьма сухими постфактум.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Даниэль Орен.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Даниэль Орен.

Будучи израильтянином, Орен ощущает и исполняет итальянскую оперу как итальянец. Помимо прочих достоинств, особенно ценным для меня в его интерпретации «Эрнани» было то, что он как бы приглушил те музыкальные темы, что были так счастливо развиты Верди в позднейших операх, прежде всего, в «Макбете». Они никуда не делись, разумеется, но не педалировались, не бросались в уши так назойливо, как у других дирижёров. Не знаю, как это удалось Орену. Похоже, правду сказал про него Франко Вассалло: «Маэстро Орен способен обнаружить душу каждой партитуры, то главное, что хотел сказать композитор».

Что же хотел сказать Верди? Он хотел сказать нам, что чувство чести и долга — обоюдоострый меч, которым можно защитить виновного и покарать невинного, что в отсутствие великодушия они становятся бичом человечества и оправданием бесчеловечности, с чем трудно не согласиться. А ещё — в смертный приговор влюблённым, которые, как твердит романтическая традиция (с коей можно поспорить), не выбирают, кого им любить, а кого ненавидеть. «В каждом сердце тайна скрыта…», — отвечает Эльвира на домогательства короля, недоумевающего: «Ужель бандита полюбить ты так могла?».

Эрнани — бандит из благородных. На самом деле он Хуан Арагонский, сын герцога Сеговии, который был убит по приказу предыдущего короля. Вот почему он изменил свое имя на Эрнани и теперь является предводителем разбойников. Свой среди чужих, чужой среди своих. Мало кто способен вынести такое душераздирающее противоречие. Эрнани бесконечно страдает. И даже в нежданном счастье его настигает злой рок.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Люк Робер.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Люк Робер.

Мне показалось, что канадский тенор Люк Робер и создает в партии Эрнани образ человека почти и, наконец, окончательно сломленного судьбой. Героизм Эрнани оказывается как бы в тени его рокового невезения, его слабости. Не на всех произвёл должное впечатление вокал Робера. Некоторым показался нелепым его костюм, действительно слегка мешковатый. Лично я воспринял это как часть образа. У Робера красивый, без примесей, разнообразно окрашенный, гибкий, переливчатый голос. Может быть, голосу его недостаёт силы, но зато ему не занимать живости. Замечательно то, что и в самых драматических местах Робер не забывает о красоте кантилены.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Франко Вассалло.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Франко Вассалло.

Публике больше пришлись по вкусу его звёздные коллеги — итальянский баритон Франко Вассалло, исполнитель партии дона Карлоса, короля Испании и будущего императора Священной Римской империи германской нации Карла V, и немецкий бас Андреас Бауэр в партии старика ди Сильвы. Оба пели действительно прекрасно, но мне кажется вклад Робера в успех постановки в целом огромным и не до конца оценённым.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Андреас Бауэр.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Андреас Бауэр.

Всё, всё что говорилось перед спектаклем его участниками оказалось правдой. Бауэр хотел петь, а не кричать, и он пел. Он хотел показать себя «лучшим и ещё большим интерпретатором ролей вердиевского (чем вагнеровского) репертуара» и показал, создав убедительный образ сурового старого воина, одержимого любовью к юной Эльвире, ревностью и жаждой мщения.

И правду сказал Орен о Франко Вассалло, что тот вырос в настоящего драматического баритона. С присущей его (итальянской) природе страстностью и импульсивностью Вассалло перевоплотился во властного, уверенного в себе, в своих силах, в своих неотразимости и обаянии, а потому не чуждого великодушия короля — короля, вполне достойного императорской короны. Вокальное мастерство и могущество Вассалло вполне соответствовало его сценическому титулу.

И если Даниэль Орен сказал о солистке Большого театра (Россия) Динаре Алиевой, исполнительнице партии Эльвиры, что та обладает очень красивым, одним из красивейших (подчеркнул дирижёр) голосов, что её голос очень гармоничный, что она умеет петь, делясь эмоциями с публикой, то к этому практически нечего добавить. Это действительно великолепный во всех отношениях голос с диапазоном в две с лишним октавы.

И то ещё несомненно, что Динара Алиева выдающаяся актриса. Формат концертного исполнения устраняет дискомфорт, нередко создаваемый исполнителям режиссурой, и открывает простор для проявления чувств, которых у самой Динары и в её вокале явно в избытке.

Как прозвучало «Остановись!» Эльвиры в начале финала и всё, что за этим последовало («дрожь пробежала по его телу»). Последнее трио (Эрнани, Эльвира, ди Сильва) было восхитительно, как, впрочем, и все друге ансамбли от мала до велика.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Динара Алиева.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО. Динара Алиева.

Перед спектаклем Динара Алиева призналась, что это её дебют в партии Эльвиры. Полагаю, он останется в истории театра и не только Латвийской Национальной оперы. Алиева не только легко, почти незаметно для слушателей преодолела все сложности собственной партии, но и во всех ансамблях, как и положено, звучала ярче всех, перекрывая и оркестр, и хор. Виртуозная техника, истинное бельканто. Её соло, дуэты и ансамбли были прекрасны до упоения. Я счастлив быть очевидцем триумфа Динары Алиевой на латвийской сцене.

Под стать зарубежным звёздам были и отечественные солисты — Илона Багеле (няня Эльвиры), Раймонд Браманис (оруженосец короля), Рихард Мачановский (оруженосец ди Сильвы). Орен не лукавил, когда говорил, что солисты ЛНО — певцы высочайшего класса, достойные своих иностранных коллег, что они вносят не менее значимый вклад в успех постановки, хоть и меньше находятся на сцене. Кому-то даже показалось, что их партии выгодно выделялись на фоне главных партий. Если это и так (а это наблюдение не без оснований), то причину следует видеть в избыточной силе их вокала.

В этом то и заключается, как теперь я отчётливо вижу, трагедия Латвийской Национальной оперы. Орен сказал, что в опере главное — голос, что если нет голосов, то лучше уж дирижировать симфонией. Кто бы сомневался. Но то-то и оно, что у наших оперных солистов голоса есть, а петь им не дают. Их принуждают орать. Оркестр гремит, солисты напрягаются изо всех сил, побоку техника, побоку отделка деталей, побоку артистизм, лишь бы не сорваться, лишь бы доползти до антракта. Обычное дело на нашей сцене.

Уж на что я всегда восхищался нашим оперным хором. Но и он, наш оперный хор, превзошёл себя под волшебной палочкой Орена. Особенно мужской. Это же просто чудо! Уже первый номер — знаменитая Застольная песня — звучит как откровение. Под стать оркестру. Разве такое возможно у нас?! Оказывается, возможно. Надо только приложить силы (а точнее самоконтроль) и ухо. Как это делает Орен.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.
© Irbe Treile
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.

— С маэстро мне не сложно, потому что он любит убирать оркестр на «пианисиссимо», — сказала Динара Алиева журналистам. А сам Орен сказал, что его задача состоит в том, чтобы через хор и оркестр передать публике эмоциональный накал музыки, увлечь публику, заставить её слушать с большим напряжением и вниманием.

Берите с него пример, маэстро Озолиньш! Играйте тише. Музыки от этого не убудет, а искусства прибавится. Не возвращайте музыкантов к привычной рутине. Встряхнитесь! Надеюсь, что и для Яниса Лиепиньша, ассистировавшего Орену в работе над этой постановкой, не пройдут даром уроки такого мастера.

И будет всем счастье. Будут долгие стоячие овации, будут бесчисленные, потому что заслуженные, поклоны, будут лететь букеты цветов в оркестровую яму. Скажу в заключение, что маэстро Орен показал не только, как надо исполнять оперу, но и как принимать горячую благодарность публики. С расстановкой, с расстановкой.

Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.
© Monta Tīģere
Концертное исполнение оперы Верди "Эрнани" в ЛНО.

 

 

Русские портреты в Латвии
Читаем стихи на русском Дипломатический клуб

ЛАТВИЯ

Загрузка...